AlgART / Тексты

Ужасы русского роддома: взгляд со стороны мужа

Даниэль Алиевский

Речь пойдет о типичном российском родильном доме — 14-м роддоме города Екатеринбурга. Здесь рассказывается о впечатлениях, полученных нами, родителями, от контакта с этим роддомом. Факты и некоторые вопросы к персоналу.

Пролог

Факт. Первое, с чем мы столкнулись еще до роддома — с меня потребовали сдать анализы, в том числе на СПИД, чтобы я получил право присутствовать при родах.
Вопрос. Вы что, трахаться со мной собираетесь? Если у меня СПИД, то это ужасно — для меня. Но заразиться СПИДом не так просто. И даже если у меня СПИД, почему я не имею права морально поддержать жену в родах? Если у меня обычный насморк, мое присутствие куда опаснее и для нее, и для ребенка, и для всех прочих женщин и детей в роддоме.
 
Факт. Как выяснилось, я имею право присутствовать при родах только при условии, что роды — так называемые "коммерческие". Это значит, что страховая компания финансирует индивидуальную палату с душем и холодильником после родов. К родам это отношения не имеет — сами роды по закону бесплатные. Причем стоят "коммерческие" роды не так мало даже по европейским меркам — порядка 500-1000 USD. В нашем городе это немногим по карману.
Вопрос. А если нам не нужна индивидуальная послеродовая палата, если мы вообще хотим выписаться в первый же день, в случае, если все пройдет благополучно? А если у нас нет такой большой суммы? Какое право вы имеете в этой ситуации разлучать меня с женой, практически, в самый ответственный момент в ее и даже моей жизни? По какому закону я не могу прийти к жене и поддержать ее, когда она испытывает мучительные боли?
 
Факт. Конечно, мы оплатили "коммерческие" роды. Но, как выяснилось далее, я должен отдельно, дополнительно заплатить 2000 рублей (около 70 USD по сегодняшнему курсу) за право присутствовать на родах.
Вопрос. С какой стати? Я бы понял, если бы вы мне заплатили за то, что я делаю часть вашей работы. Но брать деньги с меня за осуществление неотъемлемого моего права — помочь жене и увидеть новорожденного сына — это просто издевательство.

Глава 1. Отделение патологии, или начало боевых действий

Так как жена перенесла в раннем детстве операцию на сердце, мы вынуждены были госпитализироваться заранее, чтобы провести исследование и убедиться, что сердце в порядке. Замечу: мы ведем достаточно спортивный образ жизни, чтобы быть уверенными, что жена вполне здорова и сердце ее почти наверняка выдержит роды (тем более, что это второй ребенок). Но в таких случаях лучше перестраховаться, в чем врач роддома нас вполне убедила . Итак, мы приходим в роддом №14, специализирующийся на кардиологических проблемах, на госпитализацию, с четкой и разумной целью: выполнить обследование и удостовериться, что состояние сердца, а также здоровье в целом, удовлетворительно. (Или, если это не так, то принять должные меры). Дело, вообще говоря, несложное, тем более, что буквально через улицу расположен городской Диагностический Центр с прекрасным оборудованием и специалистами.

Отделения роддома, занимающиеся беременными до родов, называются "отделениями патологии беременных", что уже внушало некие подозрения. Ведь моя беременная жена была здорова, как, собственно, и большинство нормальных беременных женщин. Кабы вся беда была в названии...

Факт. Первое, что потребовали от жены в приемном отделении —  раздеться догола, включая трусы, и надеть лишь ночную рубашку и халат. Запасные трусы, равно как и любую другую одежду, брать в отделение запрещено — потребовали оставить мужу. Основание — персоналу должно быть удобно в любой момент оголить женщину и осмотреть ее половые органы.
Вопрос. Куда мы попали? Похоже на бордель самого гнусного пошиба. Или это просто тюрьма типа ГУЛАГа, где все начинается с унижений? По нормальным общечеловеческим меркам, поведение персонала в данном случае можно квалифицировать как преступление против личности.
 
Факт. Следующее, что отобрали — дамскую сумочку. Заявили, что никакие кожаные сумки не разрешены, равно как и изделия из шерсти (вроде свитера или теплых шерстяных носков — это когда на носу свирепая уральская зима). Паспорт, документы, деньги — пусть уносит муж.
Вопрос. Вернее, какой уж там вопрос... Действительно, тюрьма. Правда, тюремная роба, даже самая грубая средневековая, все же не настолько унизительна, как ночная рубашка и халат, всегда открывающие доступ к половым органам.
 
Факт. Когда мы собирались в эту якобы больницу, мы рассчитывали, что жена будет каждый день гулять и общаться со мной и с первым сыном. Ведь она здоровая, более того, сильная женщина: перед самой больницей мы спокойно гуляли по лесу по 5-10 км (что очень полезно для людей вообще и для беременных в особенности). К тому же роддом находится на окраине города, совсем недалеко от леса. Увы, выяснилось, что свидания с родными не предусмотрены в принципе, а выйти на улицу можно лишь по особому разрешению "врача" на несколько часов. (Наверно, уже пора брать слово "врач" в кавычки — это лишь жуткая замена слова "тюремщик".)
Вопрос. Что же вы за организация такая? Получается, что тюрьма — все же слишком мягкое сравнение для вас. Ведь заключенные, как правило, всегда гуляют, хотя бы по тюремному дворику, да и с родными им видеться обычно разрешают, пусть в присутствии полисмена. Заточить беременную женщину в четырех стенах без права увидеть мужа, разве что через окно 2-го этажа — это само по себе верх жестокости.
  
Факт. После предыдущего, это уже не вызвало особого удивления. Кормят тут просто отвратительно, именно по-тюремному в худшем смысле этого слова. Если бы я не приносил еды в передачах (по счастью, это было разрешено), жена бы непрерывно страдала от банального голода. Очевидно, у них одна из целей — максимально измотать организм беременной, чтобы у нее не было сил нормально родить.
Вопрос. Как же вы не стесняетесь брать деньги, на которые можно целый месяц питаться в хороших ресторанах?!
 
Факт. Логичнее дополнение предыдущего факта. Хорошо известно, что беременным важно высыпаться, ведь роды — очень трудный процесс, требующий максимума сил. Здесь же, как в сталинских застенках, целенаправленно не дают выспаться. Нормой является побудка часов в 6 утра, с безумной целью измерить давление и температуру (у здоровой женщины, госпитализированной с абсолютно иными целями). Причем для этого беременные женщины должны выстоять очередь в коридоре: сестре лень подойти к кровати и измерить все прямо там. А всего на отделение (30-40 человек) предусмотрен только 1 аппарат для измерения давления и 3 градусника, которые приходится держать так мало, что процедура измерения действительно лишена смысла. Хорошо известно, что большинство людей — "жаворонки" и предпочитают вставать рано. Но мы с женой оба, к сожалению, относимся к меньшинству "сов", и в норме мы просыпаемся в районе 9-10 часов утра. Так что недосып ей был почти гарантирован. Особенно учитывая, что ночью порой под окнами стоял такой шум, что спать было сложно. Шум устраивали счастливые отцы, радующиеся рождению детей и не подозревающие, какой ценой это достигается. 
Вопросов, пожалуй, нет.
 
Факт. Однажды, передавая жене передачу через "Справочное бюро" (так, кажется, называется это место), я случайно услышал, как сестра отвечала по телефону родственникам какой-то только что родившей женщины. Видимо, у этой семьи не было денег, чтобы обеспечить присутствие при родах, поэтому они пытались что-то узнать по телефону. Я слышал, как сестра говорит им, что не может ничего сообщить про самочувствие роженицы! Мол, это не положено!! Положено только сообщить вес и пол ребенка. Что она и сообщила, да и то не сразу, а заставив тех людей дважды перезванивать (и ругаясь при этом, что она обязана так быстро узнавать).   
Без комментариев.
 
Факт. После этого случая мне стало очевидно, что почти невозможно не только встретиться, но даже просто узнать что-либо о женщине, попавшей в эту мясорубку. Ведь врачи не дают никаких своих телефонов, справочное бюро "посылает" в грубой форме. Видимо, можно прийти в рабочий день и попытаться дозвониться из комнаты "Справочного бюро" по внутреннему телефону до врача. Если тот не будет занят и соизволит побеседовать.
Вопрос. Насколько страшно все это выглядело до изобретения сотовых телефонов? Все 100% информации о том, когда приходить, что приносить в передаче, какие шансы на выписку, как именно издеваются над женой, каковы итоги обследования, — все это я узнал исключительно через звонки жене по сотовому. К счастью, их не отбирают: наверно, потому, что в советское время, когда эта жуткая система создавалась, мобильники еще не были предусмотрены. Боюсь, что без сотового, без отчаянных часовых бесед, где мы с женой пытались подбодрить друг друга и придумать линию поведения, мы бы не сумели одолеть эту систему.
 
Факт. К счастью, на 6-й день пребывания в этом жутком месте, в пятницу, когда были сделаны все обследования, а все специалисты удосужились посетить несчастную жену, оказалось, что все относительно благополучно. (Страшно подумать, что было бы в случае реальных проблем со здоровьем). Не зря мы вели здоровый образ жизни, читали умные книжки и посещали курсы для беременных. По логике, надо было выписываться. Однако, что же нам сказали в итоге? "Какая выписка, оставайтесь в роддоме, на следующей неделе будем стимулировать роды." При этом срок был 38 недель, и никаких естественных признаков близких родов пока не было. Мы же, естественно, жили одной мыслью: как можно скорее вырваться из этого кошмара и хотя бы последние недели провести в нормальной обстановке, готовясь к родам морально и физически.
Вопрос. Как же вы, уважаемые, так опростоволосились, что оставили юридическую возможность написать отказ и выписаться вопреки вашей воле? Более того, вы могли в этот момент разорвать контракт и лишить жену пресловутой палаты с душем и холодильником после родов, а также возможности моего присутствия при родах. Но вы этим лишь пригрозили (что, разумеется, не могло поколебать решения жены бежать во что бы то ни стало). С чем связана такая странность? С тем ли, что одна семейная пара, умеющая отличить черное от белого, погоды не делает? Все равно найдется масса людей, дающих себя обмануть и запугать?

На самом деле, последний вопрос, наверно, неправилен. Ответ почти очевиден. Ведь роддом — это монополия. За редчайшим исключением, беременные просто не могут полностью отказаться от помощи роддома и врачей. Даже при родах дома необходима помощь профессионалов. Так что право на отказ — скорее формальность, ведь все равно рожать к ним придешь. Вот и мы пришли... 

Глава 2. Отделение патологии: второй раунд

Как я уже упоминал, со здоровьем у жены все в порядке. Беременность проходила вполне нормально. Первые признаки близких родов появились к самому "классическому" сроку — 40 неделям. Мы надеялись дождаться настоящих схваток и приехать в роддом на "Скорой", непосредственно рожать. Причины должны быть очевидны.

Увы, организм не всегда ведет себя так, как нам хочется. Пошла 41-я неделя, а роды все не начинались.

В умных книжках пишут, что эта ситуация совершенно нормальна. Нередко рожают и в 42 недели. Но после 40-й недели настоятельно рекомендуется регулярное наблюдение специалистов. Потому что случаются проблемы, и без врача и оборудования их можно не заметить. Если выбирать между временным подчинением тюремному режиму и риском для жизни и здоровья ребенка, выбор будет очевиден. Пришлось снова ехать: сдаваться в 14-й роддом. В то самое отделение патологии, где "лечат" здоровых людей. Морально настроившись на унижения.

За 3 дня, проведенные там, новых впечатлений прибавилось мало. Все примерно то же самое: унизительная одежда, невозможность выспаться. Правда, повидаться удалось: за день до родов врач милостиво разрешила жене пару часов погулять. (Напомню, "разрешила" вполне здоровому человеку, в ситуации, когда свежий воздух и прогулки жизненно необходимы будущему ребенку.)

Глава 3. Родильная палата

На 4-й день жене "запланировали" роды. Действительно, есть методы (протыкание околоплодного пузыря и капельница с гормоном окситоцином), позволяющие стимулировать роды, когда естественным путем они никак не начинаются. К счастью, у нас хватило денег для "контрактных" и даже "партнерских" родов, а это означает, что условия в родовой палате приближены к человеческим. Которые, собственно, и должны быть единственно допустимыми: в палате одна роженица и присутствует муж, если он этого хочет.

Конечно, роды — это экстремальное испытание. При такой боли женщине становится как-то неважно, происходит ли все это в уютной домашней обстановке или в тюремном медицинском блоке. Главное, чтобы рядом был близкий человек, и чтобы не случилось ничего действительно плохого.

Но у меня-то боли не было. Я очень сочувствовал жене и помогал, как мог, как нас учили на курсах. Голова, конечно, оставалась ясной.

Приведу факты. Вопросов к этому времени у меня уже не осталось: все, увы, очевидно.

Факт. В родильной палате, как правило, женщина ходит полуголая, часто с голой, извините, попой. Тут уже дело не в унижении, а в чисто физиологических моментах. Надевать что-либо типа трусов было бы просто крайне неудобно и непрактично. Так вот, в родовой палате дверь, выходящая в коридор, стеклянная и абсолютно прозрачная, причем обычно открыта! Также нет ни замка, ни щеколды. Более того, в эту палату регулярно заглядывают какие-то явно посторонние товарищи, видимо, врачи или студенты. И имеют наглость, разглядывая мою голую жену, страдающую от мучительных схваток, беседовать по сотовому или между собой на абсолютно посторонние темы. Я же беспомощен: если я, как нормальный человек в подобной ситуации, надаю им по роже и спущу с лестницы, я рискую здоровьем жены и ребенка.
 
Факт. Моей жене 40 лет. У нее высшее образование, она интеллигентна и вполне взрослая. Как вы думаете, как к ней обращались врач и акушерка? "Заинька", "кисонька", в лучшем случае — "Женя" или "Женечка", как правило, на "ты". Сами же они представлялись по имени и отчеству. Да какое они имеют право столь откровенно хамить? Пусть даже с лучшими побуждениями. Есть и вежливые способы установить неформальный и доверительный контакт.
 
Факт. Схватки часто бывают чрезвычайно мучительны. К сожалению, так было и в этом случае. Известно, что наиболее мучительно схватки переносятся в положении "лежа на спине"; существует множество других поз, например, на корточках, реально облегчающих боль. Однако, больше часа жене пришлось провести именно на спине по требованию врачей. Причинами были капельница и использование прибора КТГ (кардиотокография, для наблюдения за плодом и схватками). Я не могу поверить, что современная техника неспособна выполнить нужный контроль, не укладывая женщину на спину.
 
Факт. В книжках про роды пишут, что рожать женщина должна в той позе, в которой ей это удобно. Это ее неотъемлемое право. Если удобнее стоя ("вертикальные" роды), то нужно это делать именно так. Если в воде — то в воде, благо организовать это нетрудно. Давно установлено, что роды на спине — как правило, наиболее мучительный вариант. К сожалению, в нашем городе во всех роддомах, кроме 14-го, врачи запрещают любые варианты родов, кроме позиции "на спине". Очевидно, чтобы усилить мучения рожениц. Но в 14-м роддоме, куда мы попали, ГУЛАГ'овские порядки уродливо соединились с коммерцией, в самой первобытной ее форме. А именно, здесь в порядке "большого достижения" разрешены вертикальные роды. Но за это мы обязаны доплатить еще около 350 USD! Вот такое издевательство. Нам это, к сожалению, оказалось уже не по карману.

К счастью, мы успешно выдержали это испытание. Родили прекрасного мальчика. И мама, и сын оказались полностью здоровы, хотя помучиться обоим пришлось изрядно.

Глава 4. После родов

Послеродовая палата, за которую, главным образом, мы и заплатили около 900 USD, по сравнению с отделением патологии показалась жене сущим раем. Жене, не мне. Я-то впервые увидел эту палату, придя с "воли", из нормального мира.

Да, в случае контрактных родов "врачи" проявляют снисхождение и разрешают свидания с мужем (не с детьми). Правда, не когда угодно (что должно было быть нормой), а лишь 3 часа в сутки. Тем самым, кстати, полностью развенчиваются их вранье насчет того, что свидания в дородовом отделении запрещены по санитарным соображениям. Санитарные нормы для новорожденных куда более жесткие, чем для беременных.

Расскажу о послеродовой палате и об условиях, в которых там следующие 5 дней содержались жена и новорожденный сын.

Факт. Самое сильное впечатление от палаты — невыносимая вонь и духота. Когда я заходил туда с улицы, казалось, что я попал не то на лакокрасочный завод, не то просто в комнату, где идет ремонт. Окно в этой палате наглухо запечатано ("на зиму", как сказала медсестра, хотя в эти дни стояла прекрасная теплая осенняя погода). Не только стены, но и потолок выкрашены масляной краской, видимо, какой-то особенно ядовитой. Единственный способ проветривания — открыть дверь в коридор, тоже, однако, покрашенный в том же стиле. У меня довольно быстро начинала болеть и кружиться голова. Но жена, видимо, "принюхалась" и оказалась покрепче — она как-то это терпела. Сын же жаловаться еще не умел.
 
Факт. Несмотря на эту жуткую вонь и хорошую погоду, выйти с ребенком на улицу, хотя бы на минутку на крыльцо, жена не могла никак. Категорически запрещено. Да и как она выйдет: ведь унизительная униформа в стиле "влагалище нараспашку" (ночная рубашка плюс халат, никаких трусов) распространяется и сюда. Даже хуже: в палате запрещено надевать халат, а в коридор запрещено выходить без халата. Вся нормальная одежда в гардеробе, который ни в коем случае не выдаст пациенту одежду без специального разрешения врача.
 
Факт. Бесцеремонность здесь точно такая же, как и в родильной палате и в отделении патологии. Для этого, собственно, и унизительная униформа. Не только на дверях палаты, но даже на дверях персонального туалета нет никакой задвижки. В любой момент может зайти медсестра и застать тебя хоть на унитазе. Такие порядки, возможно, оправданы в настоящей больнице, где находятся тяжело больные люди (ведь с легкой простудой или травмой в больницу не ложатся). Например, если человек перенес тяжелую операцию, то запираться от врачей попросту опасно — в любой момент может что-нибудь произойти, скажем, пациент потеряет сознание. Но ведь послеродовое отделение предназначено, в общем, для здоровых женщин! Да, нередко у рожениц случаются разрывы, но это сравнительно легкая травма, которую обычно долечивают дома. На лечение тяжелых состояний послеродовое отделение попросту не рассчитано. На самом деле это что-то вроде гостиницы или санатория, где в течение нескольких дней помогают подлечить упомянутые разрывы, проверяют состояние новорожденного и ставят необходимые прививки. Просто потому, что это проще, чем делать то же самое дома или в поликлинике. В конце концов, если роженице так удобно, она могла бы держать двери открытыми, особенно во время обходов. Но с какой же стати совершенно здоровая женщина с совершенно здоровым младенцем не имеет физической возможности уединиться ни на секунду?
 
Факт. Правила послеродового отделения запрещают иметь в палате книги! Будь то хоть Библия. Нам, однако, повезло: почему-то книги не отобрали. Видимо, в полной мере этот ужас касается лишь большинства женщин, кому не по карману персональная послеродовая палата и кто может получить что-либо лишь через передачи. (Я видел, как проверяли эти передачи в "Справочном бюро".) Меня, когда я сам приносил жене вещи, по счастью, никто не обыскивал.
 
Факт. Есть там и такое правило: мужу, посещающему жену, категорически запрещается брать на руки ребенка. Это было бы смешно, если бы не было так ужасно. Запрещать мне, родному отцу, брать на руки собственного сына. К счастью, никто нас не проверял.
 
Факт. Кто рожал, прекрасно знает, что с новорожденным ребенком спать крайне сложно. Постоянно просыпаешься, чтобы кормить, менять пеленки или просто успокаивать. Стараешься урвать любой спокойный час для сна. Естественно, и здесь, как и во всех прочих аспектах, "медицинские" работники постарались сделать все, от них зависящее, чтобы испортить здоровье матери и сыну. А именно, в непредсказуемые моменты времени (или рано утром, или почти в полночь) приходит медсестра или акушерка с различными неожиданными процедурами.

Вот таковы факты. Все это очень легко проверяется. Никто из "медработников" особо не пытается скрывать бесчеловечный ГУЛАГ'овский режим, более того, он воспринимается как норма и отчасти описывается даже на курсах для беременных. Как правило, беременные тоже считают, что все нормально. Черное, как это бывает, искренне считают белым, а белое — черным. Увы.

8 ноября 2006 г.

Такие разные роды: взгляд со стороны жены

  Главная     О Боге и не только     Библия     М. Анкудинов     AlgART Libraries     WebWarper  
Hot at AlgART: HTML для чайников | Trinity for non-Christians | Диалог с Богом | Religion and Geometry